«Когда приходят трое нищих кто-то должен умереть…»
*
Хотелось бы сразу сделать парочку предупреждений. Первое, я не кинокритик, а потому мои слова ни коим образом не претендуют на звание истины в последней инстанции. Второе, не моего ума дело строить предположения о душевном здоровье Ларса фон Триера, пусть это делают компетентные органы, к которым я, слава Богу, не отношусь.
Итак. Я побывала на премьерном показе фильма «Антихрист» в Омске. Публика в зале подобралась в основном молодая и крепкая нервами. Что называется «чужие тут не ходют». Показ фильма проводился в рамках кино-клуба «Стоп-Кадр» и предварялся вступительным словом одного нашего местного кинорежиссера, который попросил нас всех поберечь себе нервы и в случае чего ложиться на пол и закрывать голову руками. Шутка.
Зал был полон. Я сидела в 6-м ряду. На 6-м месте. Хорошо хоть в дате не было шестерки, иначе я бы испугалась. Мы все ощущали себя немного лабораторными мышками. Как тест-группе нам выдали два листочка. Один зеленый, а другой белый. После показа нужно было проголосовать. Зеленый – показывать фильм и дальше. Белый – сжечь пленку к чертовой бабушке. Забегая вперед скажу, что в конце зеленых листочков в банке оказалось значительно больше, чем белых.
Во время показа фильма народ реагировал очень бурно, кто-то невротически смеялся, кто-то смачно матерился, кто-то вскрикивал и прятал лицо на плече и друга. Рядом со мной сидели две девицы, одна из которых так материлась, поминая не только персонажей, но и режиссера и еще много кого. Вторая полфильма прятала голову на коленях у подруги. Обе проголосовали зелеными бумажками. С другой стороны не унимался какой-то парень, которому все было очень смешно. В паре мест зал дружно смеялся. В паре также дружно взвыл. Ушло не слишком много народу, человек 10-15, не больше. Большинство проявили силу воли. В конце на финальных титрах раздались аплодисменты (тут в целом ничего удивительного, у нас фильмам аплодируют) .
Раз уж речь зашла о реакции зрителей, приведу парочку комментариев с сайта кинотеатра.
«15 минут начала я нюхал чипсы, что крабовыми зовутся. Но потом сказал себе: "ну, уж, нет". Еще раз: "ну, уж, НЕТ! ". А вслух сказал: "ребята, можно потише, я фильм смотрю". И чипсы начали таять во рту непрожеванными. Что еще можно написать по поводу фильма: понравился момент - я был на двух фильмах сразу, документальном, моем собственном, и художественном того самого режисера, которого зовут Ларс Фон Триер. Оба фильма мне очень понравились. Первый фильм заставил улыбнуться, потому что девушки, сидящие в зале (большинство) , сначала хихикали и смеялись, скрывая собственные комплексы, а когда отрезали клитор - испугались и выбежали с криком: "ПЛОХО! ". Еще порадовали люди, которые пришли посмотреть фильм "Кошмар на улице вязов", а оказалось, что это Ларс Фон Триер. и они говорили: "вот, ужасы совсем разучились снимать". а оказалось, что это не ужасы вовсе, а Ларс Фон Триер. Покупайте наших слонов».
«Я такого никогда не видел. Все врут. Это не ужасы. А не порнография. Это п.. дец. В конце даже быдло перестало пить пиво и жевать поп-корн. Из зала все выходили молча».
«А кто-нибудь смысл-то понял? ».
Такие дела…
Что касается самого фильма, то он, без всякого сомнения, безумный и о безумии. Там нет ничего сверхъестественного, хотя на это намекается, но это скорее желание режиссера увести в сторону от реального вопроса. Смотреть его тяжело и местами даже неприятно. Мне все происходящее напомнило анимированное пособие по клинической психиатрии. Надо сказать, что желания встать и уйти, а потом потребовать в кассе назад свои 90 рублей не возникло. Хотя пару раз меня серьезно перекорежило.
Мозги у меня так устроены, что я ни в кого не бросаю камней, не попытавшись понять, а зачем вообще все это было. Конечно, можно снять кино, где летают единороги, какающие бабочками, люди любят друга и наступает мир во всем мире. Ну, или на крайняк снять историю о том, как добро зверски мочит зло в сортире. А можно снять кино, над которым зрителю придется думать. И вот это будет реально жуть, потому что зрителю идея напряжения мозга при просмотре фильма давно уже кажется чем-то кощунственным. Я бы сказала, что это и есть главный элемент хоррора в фильме. Ведь не сами кровавые сцены вводят зрителя в такой шок (а то неужели в «Хостеле» или «Пиле» насилия меньше? На них-то никто что-то бочку не катит) , а именно потребность пораскинуть серым веществом. Людей ужасает, когда их принуждают к мышлению. А гностический хоррор Ларса фон Триера именно это и делает.
Я не так просвещена на предмет ахретипов, но чувствую их, когда вижу. Фильм делает отсылки к Средневековью (главная героиня писала диссертацию на тему насилия над женщинами в Средние Века и как-то слишком прониклась темой, из чего лично я сделала вывод, что увлекаться темой диссера – это очень плохая идея) и каким-то еще более глубоким и темным пластам человеческой генной памяти. Фильм строиться на взаимодействии трех действующих лиц: архитипического мужчины, архитипической женщины и Природы. Фон Триер мастерски сделал одним из главных героев фильма природу, которая предстает в своих самых жутких и уродливых ипостасях. Его лес это вам не идиллические елочки да березки, в нем процветает насилие и смерть, даже если это смерть желудей (героиня удивляется тому, что для поддержания популяции дубов достаточно одного ростка в сто лет, а все остальные ростки обречены на смерть) . Как человек, которому доводилось в одиночку бродить по дикой тайге (местность похожая на ту, что представлена в фильме) скажу, что иногда это действительно очень неприятно, вплоть до паранойи. Но в фильме природа лишь отражает состояние человека.
Говорят, что фильм женоненавистнический. В какой-то мере именно так оно и есть, если понимать все буквально. Если его воспринимать буквально, то он вообще извращенное издевательство над несчастными зрителями. Только фильм не буквальный, он символический. И если, следуя примеру главной героини, взять лопату и немного покопать, то можно обнаружить размышления о темных сторонах человеческой природы, об истоках насилия, о потерянном Рае, о том, что фон Триер недолюбливает психоаналитиков. Само насилие в фильме носит ритуальный характер, является манифестацией больного, но ищущего искупления разума. Так привинчивание к ноге жернова или неправильное обувание ребенка выражает эгоистическое желание женщины удерживать рядом с собой мужа и сына. Подавленные страхи героини вырываются на свободу и превращают Рай в церковь Сатаны. На вершине пирамиды ее страхов Природа уступает место Сатане, а затем там появляется ее собственное «Я». Страх самого себя, своих темных сторон, отутюженных цивилизацией, но живых. Если покопать еще глубже то пойдут отсылки к Ницше, к библейской мифологии и к целой горе книжек по психоанализу. При желании любую сцену фильма можно разобрать на составные части и проанализировать, выявить там метафору, библейский подтекст и тайное значение. Однако, я не собираюсь этого делать. Развлекайтесь сами, если приспичит. Да и в интернете уже полно всяких статей, разъясняющих «тайное послание фон Триера».
На фоне всего этого даже неудобно говорить о том, что снято очень красиво. И эти пугающие, плывущие контуры леса… да и сами пейзажи.
Реакция на фильм в целом вполне предсказуема. У нас в стране так реагируют на творения Балобанова (вспомните «Груз 200» или «Морфий») . Вообще, это в человеческой натуре прятаться от всего, что неприятно и уходить в глухое отрицание, а ведь изобразить нечто, чего не существует в природе крайне сложно. А еще лучше для сохранения благопристойности фасада объявить режиссера, показывающего что-то подобное психопатом. Правильно, только полный псих станет снимать вместо «Гарри Поттера» гностический хоррор на библейские темы.
В качестве заключения. Самое страшное, что может произойти с произведением искусства – это равнодушие зрителя. Противоречивые, не соответствующие ожиданиям публики и отвергнутые ею работы чаще всего получают в истории куда более долгую жизнь, чем те, что были встречены современниками на ура…